Когда в 2015 году войска «ломали» «сто третий» лагерь (ЛА 155/14, Алматы, Заречное), главным консультантом по пыткам и издевательствам был майор, прикомандированный из ВКО, зам по РОР учреждения ОВ 156/6. Были и другие – например, начальник оперчасти от «соседей», «семьдесят первого» лагеря. Это он гнал нас пинками с плаца в СУС, во главе толпы «гайдамаков», и орал по пути «Что, БУР, пидарасы есть?! Нет?! Сейчас будут!!!» — и смеялся. Был еще рафинированный, тонкий и звонкий, капитан со столичного КУИС. Тот ходил с барсеткой, как комиссар с планшеткой, строгий, как журавль, проглотивший оглоблю. Перед тем, как бить осужденных по лицу, всегда доставал из барсетки и надевал белые перчатки… Строительные.

РОР-майор из ВКО был плотным, молчаливым и жестоким. Он учил наших оперов, как топить осужденных в тазиках и отхожих местах, как выламывать им суставы без следов, как душить, чтобы почти задушить… Это он спокойно говорил нам, всему строю, что мы – говно, и что «президент мне дал лимит на двадцать трупов», и что нас списать легче, чем «наши обоссанные матрасы».

Недавно мы получили огромное количество видео о преступлениях сотрудников учреждения ОВ 156/6. Материала столько, что мы, при необходимости, можем каждое написанное ниже слово подтвердить как минимум парой минут видео. И это все о них, об офицерах юстиции и их «козах», об издевательствах, откровенной и трусливой лжи людей в погонах.

Многие помнят, как больше года назад КУИС торжественно сообщил, что в лагерях Казахстана изжита практика строевой муштры, тупых издевательских маршировок и речевок осужденных. Что это было неправильно, и кто-то там наказан. Смотрите видео – там мы выбрали всего несколько дней подряд, на самом деле – съемок гораздо больше. Незаконная, а значит – преступная муштра, «парады» утром и вечером, «козы», завхозы-активисты, с карточками осужденных в руках, с руками в карманах, сбоку строя, орущие строевые команды мерзотными голосами «эрэс – эрэс – эрэс-  двО -три!!!»…

Униженные люди в зэковской робе, шагающие, как гвардейцы короля, уже не строевым – парадным маршем, с равнением «нале – о!!!», орущие в такт «сала-матсыз-ба офи-цермыр-за!!!», и «арыз – шагым жок!!!» (заявлений и жалоб нет!!!). Осужденные, называющие себя в видеообращениях, сообщающие о пытках и унижениях, о намерении суицида, и просящих помощи, законной защиты от этих преступников — беспредельщиков в погонах. Это все – на видео.

Когда смотрел эти материалы – ловил ощущение «де жа вю» (авт. – Владимир Козлов). Как будто я снова там, среди них, топаю, ору… Первым моим лагерем была петропавловская «тройка» (ЕС 164/3). Там осужденные шагали, как кремлевские курсанты. Подошвы ног горели, обувь разлеталась, через неделю – варикоз, сыпь на голенях… Лагерные медики заученным тоном «от у вас от воды…».

Потом, после «ломки» «сто третьего», такое же прилетело и сюда, но с местными, южными, особенностями. Кроме того, что нас в СУСе сносили ударами по ногам во время «строевой подготовки», избивали до-во время-после, топили, ломали и душили, нам раздали издевательские песни-речевки, которые мы обязаны были распевать во время этой муштры. Помню двоих бедолаг из карантина. Тот самый капитан в белых перчатках дал им текст песни о Марусе, которая «от счастья слезы льет». Их гоняли по плацу, перед всем лагерем, двоих – «строем», и заставляли орать на шагу «Кап-кап-кап… из ясных глаз Маруси… капают слезы на копье… кап-кап-кап…»… Лагерь не смеялся, хотя расчет этой мерзости был на это. Стояла жуткая тишина… Подхихикивали лишь козы…

Режим на «тройке» считается «малиновым». Это когда абсолютно все исходит от сотрудников, от них зависит, а активистам хоть и даны незаконные привилегии и полномочия администрации, но при этом жестко контролируется, чтобы «актив не пихал от себя» (не выходил за обозначенные администрацией рамки). Это не было в пользу осужденных – мужиков, просто на «тройке» опера и режимники предпочитали сами «разбивать» и «встряхивать»…

То, что я увидел на видео – хуже. Вальяжно вышагивающие сбоку строя «руки в карманах» — завхозы, прочая активистская шелупонь, которой позволено идти в задних рядах, «не шагая», учетные карточки осужденных в руках завхоза, а не начальника отряда… Это означает, что администрация лагеря очень много отдала в руки «актива», и сейчас там откровенно «красный» режим, когда почти все зависит от завхозов и прочей мрази из числа осужденных, и что закона в этом лагеря нет от слова совсем.

Осужденные называют фамилии некоторых из тех, кто избивает, унижает, прессует, по указанию администрации: осужденные Оскочинский, Ершов, Кудайбергенов… Начальник учреждения, бывший РОР, Куанышбек Агиспаев, «крышует» активистов, наделяет своих подручных преступными привилегиями и полномочиями. Зам по РОР Айкын Битимбаев и начальник режимотдела Ринат Султабаев прямо руководят утоплениями и избиениями.  Замначальника режимного отдела Сауран Женизханов лишь наблюдает за тем, как завхозы, вместо сотрудников, проводят карточную проверку и командуют другими осужденными… На двух вышках в лагере сидят активисты – надзирают, доносят, противозаконно выполняют функции сотрудников-контролеров. «Крышуют» это беззаконие спецпрокуроры Шемонаиховского района Кенжебеков, Сабитов…

«Активисты» в лагерях – на 90% осужденные по «гадским» статьям (изнасилование, педофилия, пр.), и те, кто раньше был «блатным», и теперь ему уже назад хода нет; они столько вреда принесли, что за забором их ждет жестокий «спрос», которого «время не снимает». Поэтому режим, в котором все зависит от этих мразей и отморозков – самое худшее, что может быть. Они готовы на все, потому что не стремятся на свободу. Убил здесь – осудили, новый срок, новый лагерь, и снова при администрации и кормушке… такие в КУИСе нужны везде. Их оберегают, защищают, крышуют, отмазывают…

Осужденные, которые ждут правозащитников, и готовы дать показания, просили назвать их фамилии… Они понимают, что будет. Говорят, что «пойдут до конца»…

— Арман Турсунбеков: избивали, топили, в знак протеста глотал гвозди, дважды оперировали;

— Марлен Кузембаев: был избит опером Мереем Сакеновым, «вскрылся», бросили в карцер; было возбуждено уголовное дело, но… опер так же работает;

— Руслан Ахметов: избивали, топили;

— Талгат Манабаев: избивали, топили;

— Серик Сулейменов, Евсей Евсюкин, Артем Жельский, Сергей Сидоров – все готовы дать показания. Люди ждут, что правозащитники успеют им помочь раньше, чем с ними расправится эта свора в бушлатах и погонах. Мы тоже очень на это надеемся.

Мы благодарим за доверие и предоставленную информацию. Наш телефон +380933969111 – во всех сетях и мессенджерах. Пишите, присылайте информацию. Будем знать – будем помогать.

 

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.