В обсуждениях материалов из КУИС на тему прав осужденных, иногда встречаются комментарии на тему «а что он совершил… зачем за таких впрягаетесь…».

Когда меня (авт. – Владимир Козлов) привезли в учреждение ЕС 164/3 («тройка», Петропавловск), это был «малиновый» лагерь, полностью под режимом, без вариантов. И там, в режиме, существовало правило – «никому не дано спрашивать за делюгу», то есть – никто, в том числе администрация, не должна упоминать, припоминать, использовать то, за что попал в лагерь осужденный.

Это правильно и по «укладу», по криминальным понятиям – «лагерь хвосты обрубает», человек, попавший туда, больше не несет ответственность за то, что он делал на воле, его жизнь в лагере начинается с «чистого листа», как себя поставишь – так и будешь жить. Конечно, если ты не «гаремный», не «гад», и за тобой нет «хвоста» по твоей жизни в криминальной среде.

Это правильно и по закону. Все, что совершил человек, уже оценено судом, который вынес ему приговор. В приговоре указано, какое время, и в каких условиях содержания будет отбывать наказание осужденный. Условия его содержания описаны в основном законе для осужденных – Уголовно-исполнительном кодексе. Есть права осужденных, и есть их обязанности. Есть права администрации, и есть ее обязанности. Предельно просто, ясно, понятно. Больше ничего нет.

Те, кто думают, что администрация, издеваясь над осужденными, унижая, пытая, убивая их, выполняет роль неких «мстителей» от имени потерпевших – сильно ошибаются. Это последствия психологической деформации сотрудников, возникающей от возможности безнаказанно проявлять свои самые низменные качества, это отсутствие объективной самооценки, это продолжение человеконенавистнических традиций НКВД и ГУЛАГа; примитивная подмена исправительной индивидуальной работы, требующей ума – на уничтожение человеческого достоинства до вегетативного состояния, для облегчения управления; командовать огурцами особого ума не нужно.

Сотрудников лагерей стараются не брать в другие подразделения полиции. Их карьера, как правило, происходит внутри КУИСа. Их «тусуют» по лагерям и тюрьмам, и каждая новая звездочка на погонах означает больше крови на руках, и грязи в душе. Там- такие все. Другие в этих условиях не живут. Если ты не зверь, если ты не в крови, если ты не совершаешь преступлений, как другие – ты опасен. Белые вороны в стаях не живут. Никогда.

В условиях непрозрачности, тотальной готовности сотрудников провоцировать, фальсифицировать, лжесвидетельствовать, принуждать ко лжи других осужденных, когда прокурор-  всегда обвинитель осужденных, а судья всегда на стороне людей в погонах – защищать свои права, без поддержки «с той стороны забора» — невозможно.

Кто был – тот знает. Кто был – таких комментариев не напишет. Потому что знает – нет такого кошмара про КУИС, который не был бы правдой.

В учреждении ЛА 155/8 (семьдесят первый лагерь, Заречное, Алматинская область), «пробился» еще один молодой осужденный, Дмитрий Артюшенко (см.видео по ссылке внизу). Он сделал это в знак протеста, и в расчете на помощь. Наскоро заштопав, его уже поместили в ДИЗО, затем его ждет СУС. Точно такой же «протокол», как и с Михаилом Сучковым, о котором мы писали ранее. Им не нужны послабления режима. Они просят участия, и защиты их прав, обозначенных в УИК. И ничего более. Так мало – но так много.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.