События сразу в трех диктаторских странах – соседях, к тому же, участников ЕАЭС, это события единого пространства, сформированного диктаторской системой правления, основанной на тоталитарном советском опыте всех трех «правителей».

Капиталистическое в этих трех системах – лишь безграничные возможности для наживы для самих правителей, их семей, и «близкого круга» лиц, обеспечивающих их безопасность.

Коррупционная основа жизнедеятельности этих систем является таковой потому, что коррупционные возможности здесь – товар, который выделяется кругу лиц, поддерживающих диктатуру, и по сути – является оценкой уровня лояльности этих лиц со стороны диктаторов. Но коррупция, являясь фундаментом диктатуры, одновременно обескровливает ее ресурсы; преимущество лояльности перед квалификацией приводит к тому, что экономические механизмы воспроизводства ресурсов для жизнеобеспечения начинают сильно отставать от растущего потребления. Это приводит к дефициту жизненных благ для большинства, и увеличению количества граждан, стремительно теряющих свой уровень жизни.

Нежелание горстки «владельцев жизни» отказаться от этой системы власти в пользу большинства, обуславливает усиление ими силового сектора, на который они возлагают задачу обеспечения своей безопасности, подавления протестных настроений и проявлений, на уровне потенциальных протестных фигур влияния разных уровней.

Особенную тревогу диктаторов вызывает возможность организованных массовых мирных протестов, которые способны, при достаточной массовости и продолжительности, деморализовать силовиков, являющихся последней линией обороны диктатуры.

 Примеров, когда силовые структуры, полицейские и военные, в определенный момент, понимали, что им противостоят уже не «отдельные недовольные», что они стоят между стремительно движущимся молотом, и заржавевшей наковальней, и – переходили на сторону мирных протестантов, в современной истории достаточно.

Именно поэтому все постсоветские диктаторы с такой лютой ненавистью и диким страхом наблюдали за мирными революциями в аналогичных системах. Именно поэтому госпропаганда так яростно насаживала в обществе страх перед такими переменами, используя фальсифицированные и растиражированные фейки.

Природа мирных гражданских протестов в российском Хабаровске, Беларуси, и казахском Талапкере абсолютно тождественна, что обусловлено тождественностью условий жизни самих диктатур с их несменяемыми диктаторами. Разница лишь в масштабах, что обусловлено некоторыми территориальными и социальными различиями.

В Беларуси граждане страны протестуют в столице, в Минске. Протестуют мирно и массово, а главное – непрерывно. После ареста лидеров первой линии, их место заняли другие, и в итоге в Беларуси мы увидели «революцию с женским лицом». Отличительными условиями Беларуси являются ее европейские границы, и то, что Лукашенко, много лет лавируя между Россией и Европой, вынужден был «пустить в страну больше Европы», с ее отношением к правам человека, что не могло не вызвать изменений в качестве гражданского общества самой Беларуси.

Хабаровск – это российская окраина, как и Дальний Восток, имеющие основания считать себя более самодостаточными, чем считает Москва. Кроме того, федеральная структура власти: крупные территориальные образования имеют свои правительства, имеют свои парламенты и в целом – структуры власти. В этих условиях такие губернаторы, как Фургал, имеют возможность создать в отдельно взятом регионе взаимоотношения с обществом, значительно отличающиеся от «общепринятых», что и произошло. Чуть ранее мы видели аналогичную формулу взаимоотношений в Якутии.

Когда Путину все же донесли о том, что хабаровский губернатор построил на своей земле успешный «пилот новой России», он принял экстренные меры, на которые способен – наспех сфабрикованные обвинения,  арест, отстранение, замена. Но хабаровчане уже стали «другими россиянами», что и доказывают уже месяц на улицах Организованно и мирно, выщелкивая из своих рядов провокаторов, и поддерживая каждого задержанного и арестованного.

Убитый в полицейских застенках казахский активист Дулат Агадил стал символом мирного протеста. Скомканное «следствие», с «отсутствием виновных» в его смерти, преследования его друзей и сподвижников – привело к формированию устойчивого протестного сообщества, которое сплотилось вокруг его имени, и оказалось скрепленным гораздо более сильно, чем ожидали те, кто им противостоит.

Десятки превентивных и юридически не мотивированных арестов и задержаний гражданских активистов, едущих на поминальный ас в Талапкер со всего Казахстана, многочисленные факты иных полицейских акций преследования и устрашения, не смогли помешать участию нескольких сотен граждан в акции памяти Дулата Агадила, с последующим массовым шествием.

Нет сомнений, что в последующие дни полиция предпримет меры для «наказания» граждан, за их смелость воспользоваться своим безусловным правом на мирные собрания; с большой долей вероятности можно прогнозировать и задержания, и суды, и административные аресты.

Еще более безусловно то, что диктатуры – все – обречены. Они могут кормить своих собак еще более жирными кусками со своего стола, и собаки будут еще яростнее нападать на тех, на кого им укажут. Но граждан, переходящих от желания — к стремлению, от диванных «интернет-умностей» — к достойным поступкам, будет все больше.

Нас всегда больше, чем их. И мы – сильнее, когда вместе.

Беларусь, Хабаровск, Талапкер – это начало.

Перемены неизбежны.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.