Учреждение 155/14, «сто третий» лагерь, Заречное, Алматинская область.

В феврале 2019 года, после так называемых «обыскных мероприятий», группа осужденных, находящихся в строгих условиях содержания (СУС), заявила о том, что в отношении них были применены пытки. Были представлены доказательства, подтверждающие это заявление.

Уже через месяц, в марте 2019, в отношении именно этих осужденных, возбуждается уголовное дело, якобы – за нападение на сотрудников, с целью завладения запрещенными предметами, которые были переброшены через несколько шестиметровых заборов, и оказались на «запретке».

Уголовное дело заканчивается приговором, которым каждому «жалобщику» добавляют пор шесть лет лишения свободы.

Материалы этого уголовного дела – это набор взаимоисключающих «придумок» следствия, базирующихся на «признаниях» осужденных, которые оговорили себя после многочасовых пыток.

Я сам (авт.- Владимир Козлов) ровно год находился в том самом «отряде №11» СУС, того самого учреждения 155/14, и знаю, в каких условиях отбывают там свой срок осужденные. Поэтому я свидетельствую, что осужденные не имели возможности организовать все так, как это описано в материалах дела, потому что:

— все осужденные этого отряда (два-три десятка человек) находятся ночью в одном спальном помещении, а днем – в одном помещении-камере. Поэтому организовать, одним осужденным, что-то втайне от других – невозможно; это к тому, что в деле упоминается о «неустановленных» лицах, участвующих в нападении…

— решетки на окнах помещений СУСа – это сваренные из арматуры сечением 14-16 мм конструкции, накрепко вмонтированные в стены. Кроме всего, решетки ежедневно проверяются заступающим на службу войсковым нарядом; это к тому, что в деле указано, что осужденные выбили решетки ногами…

— все помещения отряда СУС оснащены видеокамерами, сигнал с которых подается на специальный пульт, находящийся в караульном помещении, в котором круглосуточно находятся сотрудники, наблюдающие за этими «картинками», и все сигналы с камер записываются на цифровой носитель, и хранятся месяц; это к тому, что все действия осужденных не только всегда под наблюдением, но и в записи…

— в помещении отряда СУС круглосуточно находится контролер войскового наряда, которые из безопасного места имеет возможность наблюдать за осужденными; это к той «внезапности», с которой, судя по материалам дела, осужденные оказались на «запретке»…

-у всех контролеров при себе имеется специальное устройство, которое они могут активировать одним движением пальца, в экстренном случае. Это устройство передает адресный сигнал тревоги в караульное помещение, где находятся свободные от обходов контролеры, числом до десяти-пятнадцати; это к той части материалов уголовного дела, в которых живописуется продолжительная борьба контролера с осужденными…

— караульное помещение находится в нескольких десятках метров от помещения СУС; это к тому, что в случае, описанном в материалах дела, контролеры были бы на месте происшествия уже через минуту, если бы даже перед выходом решили попить чайку…

Примечательно, что поводом для ломания решеток и избиения контролеров, по мнению следователя, были некие «три сотовых телефона», которые затем… просто исчезают из описания события; следователь пояснил суду, что «он ошибся», и телефоны не имеют никакого отношения к делу. По мнению следствия, «…3 марта 2019 года, у осужденного находящегося в СУС отряд №11 возник преступный умысел направленный на организацию группового неповиновения законным требованиям администрации, с применением насилия в отношении сотрудников учреждения НЕ ОПАСНОГО для жизни…».

Как бывший осужденный, свидетельствую: настолько больных на голову осужденных в СУСе не бывает. Никакой, даже самый «пробитый» осужденный, вот так, на ровном месте, не станет «организовывать групповое неповиновение… с применением насилия в отношении сотрудников…». Тем более – просто так ломать решетки, сигать через заборы и колючую «путанку», и выскакивать на огневую запретку, где можно запросто поймать пулю. Просто так – потому что те «сотовые телефоны», которые были указаны поводом – сейчас в деле вообще не присутствуют.

В настоящее время приговор — в стадии обжалования. Осужденные находятся в Талдыкорганском СИЗО. Судебное дело перемещается из Талдыкоргана в Капшагай, и сейчас никто не  знает, где оно, и когда будет рассматриваться.

Родственники осужденных опасаются, что в этой «карантинной сутолоке», судебный процесс по обжалованию этого несуразного и явно карательного приговора, может произойти в тайне от них.

На наш взгляд, мы имеем дело с показательной «поркой» осужденных, осмелившихся протестовать против пыток, жестокости и унижения человеческого достоинства. Очевидно, что администрация учреждения 155/14, на их примере, хочет превентивно «заткнуть рот» всем, кто осмелится «выносить сор» из этой НКВДэшной избы.

Тем важнее не дать им этого сделать.

 

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.